Родился я в селе Серебрянка Белгородской области. Детство прошло в деревне. Учился в школе, летом с другими детьми помогал на уборке урожая. И вот пришла война. Нашу территорию немцы заняли в июле 1942. Под оккупацией мы пробыли  до марта 43-го. Чего только за эти полгода ни насмотрелись… Взрослых угоняли в Германию, стариков и детей заставляли чистить от снега дороги. Как только нас освободили, меня забрали в армию. В апреле 43-го мне было 16 с половиной лет. 

До Острогорска Воронежской области со Старого Оскола мы шли пешком. Потом нас погрузили в вагоны и повезли во Владимир. Там я попал в танковое училище. В конце 43-го мы по­ехали в Горький получать танки. Погрузили их на платформы и – на фронт. И началось для нас, молодых, боевое крещение. Бомбежки, танковые сражения, освобождение городов и деревень. Освободили Винницу, Жмеринку, Проскуров, Тернополь, Львов…

Не могу забыть один случай. В Винницкой области мы подошли к селу Гречане. Местные жители встретили нас со слезами. Говорят: «Посмотрите, что нем­цы наделали» и повели нас на колхозный двор. Там была огромная навозная куча. Она то поднималась, то опускалась. Оказывается, немцы расстреляли местных жителей и загребли их навозом. Под ним остались и мертвые, и раненые. Такая у нас появилась ненависть к  фашистам!    

Особенно ожесточенные бои шли за Проскуров. За его освобождение нашему танковому полку присвоили звание «гвардейский». На наших танках было написано «Освободитель Проскурова».  

Потом были Каменец-Подольск, Львов и дальше Польша, Бунцлау, Сандомир…

Опишу еще один случай. Мы с боями взяли Тернополь. Я был на отдыхе, и тут меня вызывают в штаб. Прихожу,  меня спрашивают, откуда я родом, кто у меня в семье, кто на фронте. Потом говорят: «Ты можешь с братом встретиться». Оказывается, мы с братом воевали в одной танковой армии. Он был шофером, писал домой и по номеру полевой почты узнал, что мы воюем рядом, нашел меня. Мы были рады до слез.

С боями наша часть в 45-м дошла до Польши. Там мы освобождала концлагерь, разбили охрану. Пленных было тысячи. Поговорить с ними нам не дали, была команда: «Вперед! На Берлин!». В Берлине мы воевали мало. Только с 26 апреля до 2 мая, потом пошли на Прагу. Четыре дня шли туда пешком. В Праге мой боевой путь закончился. За время боевых действий наш экипаж потерял пять Т-34, зато люди были живы, хотя и с ранениями. Я был награжден орденами Славы 2 и 3 степеней, медалью «За отвагу». Домой вернулся в 1950. Служил в Австрии, Румынии, на грузинской границе.

В  1954 году приехал в Актюбинскую область на целину, так здесь и живу. Сейчас мне 85. Столько времени прошло, а войну забыть не могу. Такая беда никогда не должна повториться.  

1944 год. Тернополь. Конон Мацина (в центре) встретил брата Николая (справа).  Он воевал в той же танковой армии, только был водителем. 

Ветерану 85 лет. 9 Мая к нему приедут внуки и правнуки из России и городов Казахстана.

— Конон Тихонович Мацина, ветеран войны, г.Хромтау