Азамат,

программист:

« Не знаю, не обращал на это внимания. Наш город и раньше криминальный был, просто все это происходило в тишине. А сейчас все распустили…»

Ержан,

частный предприниматель:

« Я из другого города приехал, здесь только два дня. Особого усиления нет, ничего не заметил. Но «бородачей» у вас много».

Владимир,

строитель:

« Опасно ходить сейчас по торговым центрам. У нас они слабо охраняются, там надо усилить меры безопасности, поставить на входах рамки. А то пойдешь в магазин и не вернешься…»

Игорь Николаевич,

пенсионер:

« Да нормально у нас все, особенно днем. В принципе, город безопасен, люди просто нагнетают обстановку. Преувеличивать ничего не стоит, спокойно себя чувствую».

Агайша,

бухгалтер:

« Я по вечерам одна не хожу, боюсь. Стало опасно после событий в Кенкияке, обстановка в городе напряженная. А по поводу работы полиции сказать ничего не могу, я с ними не сталкивалась».

Жанна,

студентка:

« Ну, страх, конечно, есть. Город криминальный стал. По вечерам одна не хожу. Страшно стало после Кенкияка. Думаю, полиции надо работать лучше. У нас только гаишники хорошо работают».

Сергей,

частный предприниматель:

« Полиция не всегда достаточно профессионально работает. Нигде нельзя чувствовать себя в безопасности. Вот в Атырау был. Там хоть и нефть, но город спокойный. А у нас теперь люди всего боятся».

Мереке,

оператор:

« Когда-нибудь произойдет что-то. Я вот в центре сейчас живу, вроде здесь чувствую себя безопасно. А на окраинах? Когда жил в авиагородке, мне руку сломали один раз. Там нужно больше полицейских».

Айбулат,

металлург:

« Вполне безопасно себя ощущаю. Думаю, что в ближайшие 5-10 лет у нас ничего страшного не произойдет. Конечно, бывают отдельные случаи. Но в целом паниковать и преувеличивать то, что недавно произошло у нас, не стоит».

Алексей,

охранник:

« Да нормально все у нас. Хожу по городу постоянно, но не нарывался еще ни на кого. Думаю, обстановка стабильная, безопасность есть. Есть, конечно, один момент. Люди напуганы после событий в Кенкияке. Но я стараюсь об этом не думать».

Алия,

экономист:

« Последние события, которые у нас произошли, насторожили очень сильно людей, все стали более внимательными. Больше рейдов полиция делает, так что, думаю, такое больше не повторится. Я оптимистка по жизни. Если думать все время о плохом, то оно случится…»

Кобланды,

пенсионер:

« Да какая безопасность. Вот в нашем дворе дома №42 в 11 микрорайоне глухонемой пьет, собирает вокруг себя всех, ворует. Но никто не принимает мер. Ни участ­ковый, ни нарколог, ни прокуратура. Мы везде обращались, толку нет. Парень этот не нужен никому».

Александр,

студент:

« Наши силовики недостаточно профессионально работают. В 8 микрорайоне снайпер застрелил человека. Возможно, его можно было взять живым. Я два года в России живу, вижу, как там работают полицейские. Там все на высоком уровне, а наших надо поднатаскать».

Фархад,

предприниматель:

« Боюсь того, во что превращается Казахстан. Это государство давно не мое, и этот равнодушный народ уже не мой. Лучшее, что я могу сделать для своих детей, увезти их отсюда».

Елизавета Романовна,

пенсионерка:

« Наш город всегда был безопасным, столько наций жили в мире. Ходила в 2, в 4 часа ночи по городу и не боялась. Все резко изменилось с мая, появились какие-то опасные течения. Страшно не за себя, за внуков. Боюсь, что их могут затянуть в эти секты».

Александр Петрович,

работающий пенсионер:

« Чувствуется немного напряженка в городе. Мне, правда, легче, я старый, по вечерам не гуляю. Вообще, я коренной актюбинец. Помню времена, когда ходить даже ночью было безопасно. Сейчас все резко изменилось. У молодежи ни этики, ни морали не осталось».