Борис Погребной в списках узников «Гросслазарета» в прошлом номере «Д» нашёл своего отца. «Мне 74 года, – говорит он, – но я хочу поехать в Славуту, побывать на братской могиле, где лежит отец». «Д» отыскал родственников 7 узников лагеря смерти из 77. 

– Мне племянник позвонил, говорит, в «Д» напечатали списки солдат, погибших в немецком плену в Украине, и там мой отец, – рассказывает Борис Погребной. – Пока газету не взял, не мог поверить. Столько времени прошло… 

Когда отца забрали на фронт, сестре старшей было 4 года, мне  – около двух. Отец участвовал во Второй мировой, только вернулся, снова забрали на фронт. Наша семья из поселка Новороссийский. Мать была неграмотной, старшие дети от тифа умерли. Остались мы с сестрой. Жилось очень тяжело, голодали, в школу по очереди в одних валенках ходили. Семьи погибших хоть пособия получали, а нас чуть ли не врагами народа называли. Отец пропал неизвестно где. У нас сохранились два солдатских письма отца. Одно он написал 16 ноября 1941 года из Ферганы. В нем отец пишет: «Заканчиваю учебу. Адрес будет меняться. Высылаю справку на право пользования льготами семьи красноармейца. Достали ли сена для коровы? Пишите чаще. Здесь два дня был дождь, сегодня выпал снег…». 

Последнее письмо от отца пришло в декабре 1941-го.

«…Скоро адрес мой поменяется, – написал отец. – Уезжаю на передовую линию фронта. Особенно не беспокойтесь. Сегодня остался живой. Действующая Красная армия, Пулеметный эскадрон». 

Потом пришло извещение, что Сергей Погребной пропал без вести. Мы искали, где он погиб, но данных не было. Я каждый раз изучал списки солдат, чьи останки нашли поисковики, и все думал: вдруг отец найдется. И вот он нашелся. Очень хочу поехать в Славуту, побывать на месте «Гросслазарета». Спасибо, что опубликовали списки узников, рассказали историю лагеря. Мы отца почти 70 лет искали. Пусть внуки знают, как погиб их дед. Внуков у нас пятеро. Одного в честь отца я назвал Сергеем. 

Борис Сергеевич многие годы работал в Новороссийском киномехаником. На фильмы «Освобождение», «Они сражались за Родину» собиралось все село. Люди плакали. Борис Сергеевич крутил кино и думал, что где-то так же как в фильме мужественно сражался и его отец.  

Сын с войны вернулся. Отец – нет

– Муращенко Трофим из списка узников – мой дядя, старший брат отца, – позвонил в «Д» Николай Муращенко. – Тут написано, что он из Георгиевки. Я хорошо знаю историю семьи. Наш дед Савелий переехал с родителями в Оренбург из Воронежской губернии еще в царское время. Прадед работал у помещика Дубинина. Дед Савелий украл его дочь, уехал в Курайли и там обосновался. У деда Савелия и бабушки Агриппины было 5 сыновей и одна дочь. Бабушка прожила 110 лет. Ее сына Трофима, который в списке узников «Гросслазарета», на фронт забрали вместе с сыном Иваном Трофимовичем. Иван Трофимович вернулся с войны, а дядя нет. 

«Д» разыскал вдову Ивана Муращенко. Бабушке Розе сейчас 84, она почти не выходит из  дома.

– Радость какая, – сказала она, когда мы сообщили, что найдено место захоронения ее свекра. – Муж так и не узнал, где могила отца. Он 1919 года рождения, уже 21 год как его нет. Дети наши тоже умерли. Пусть хоть племянники, их дети знают, где лежит прах прадеда и как он погиб.

Дядя нашёлся!

В списках военнопленных, погибших в лагере смерти в Славуте, Светлана Меденцова нашла своего дядю – старшего брата матери.

– Мама моя Анна Константиновна Зубкова родилась в 1927 году в Березовке Степного района, недалеко от Актюбинска. У меня сохранилось ее свидетельство о рождении. В семье было 6 девочек и 2 мальчика: Иван и Павел. Семья сюда попала из Винницкой области и осела в Березовке. Мама рассказывала, что Иван был хозяйственным, грамотным, очень заботился о младших. В 19 лет его забрали на фронт. Сначала говорили, что он пропал без вести. Потом сообщили, что погиб. Но где, мама не знала. Оказывается, он попал в плен. Для меня это было открытием. Мамы давно нет, ее сестер и брата Павла – тоже. Но есть их дети. Одна из них живет в Твери. Пытаюсь выйти с ней на связь по скайпу, сообщить новость. Есть еще брат в Украине, в Ивано-Франковской области. Надеюсь, ему удастся поехать 9 Мая в Славуту, побывать на братской могиле. Я бы тоже хотела поехать туда, связаться с родственниками других узников, живущих в Актобе. 

Иван – не единственный наш родственник, пропавший в войну. С Первой мировой войны не вернулся мамин дядя Павел Андреевич Коверда. Он остался во Франции. Павел Коверда 1895 года рождения. Он женился на француженке, дочери управляющего велосипедной фабрикой, позже сам стал управляющим. Жил он в Бордо, и у него было 6 детей. Сейчас хочу найти потомков маминого дяди. 

Говорили, пропал без вести

А вот что рассказала читательница «Д» Базар Унбаева:

– Абидулла Унбаев из списка узников «Гросслазарета» – старший брат моего отца. Там написано, что он родом из Ключевого. Этот аул был за Прогрессом. Оттуда, из Маржанбулака призывали на фронт и дядю, и отца. Отец вернулся с войны в 47-м, раненый, о его брате до сегодняшнего дня ничего не было известно. Теперь мы будем знать. Получается, он погиб в 20 лет, в 43-м. Читаю газету и плачу. Дяде было всего 18 лет, когда его забрали на фронт. Он и по-русски-то не знал. Бабушке пришла справка, что дядя Абидулла пропал без вести. Родные пытались искать, где он погиб, но не нашли. 

Редакция «Д» передала координаты родственников найденных узников «Гросслазарета» в Киев, в Национальный музей Великой Отечественной войны, который их и разыскивал. В Книгах Памяти музея имена 19053 военнопленных. 77 из них были из Актюбинской области. Редакция «Д» разыскала 7 из них. Остальные истории – в следующем номере «Д». »

Если в списке узников «Гросс­лазарета», опубликованном в прошлом номере «Д», вы найдете своих родственников, просьба звонить по тел.: 56-43-43.